Обстоятельства дела
Генеральный прокурор Таджикистана Хаббибулло Вохидзода на пресс-конференции 22 июля подтвердил, что бывший старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Фируз Саидзода находится под стражей в связи со смертью 23-летней Мехроны Нойбовой. Тело девушки было найдено в апреле у реки Пяндж в Горно-Бадахшанской автономной области. По сообщениям, Нойбова приехала на курорт Чорчаман в Дарвозском районе с группой друзей 3 апреля и исчезла ранним утром следующего дня.
Задержание и обвинение
Уголовное дело возбуждено по части 1 статьи 109 УК Таджикистана, предусматривающей ответственность за доведение до самоубийства или покушение на него путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения. Максимальное наказание по этой статье — лишение свободы на срок от трех до пяти лет. Вместе с Саидзодой в поездке находился другой сотрудник Генпрокуратуры, Давлат Арабзода, который, по словам генпрокурора, не причастен к смерти Нойбовой и выполнял роль водителя в личной поездке.
Семья Нойбовой оспаривает версию самоубийства. В апреле друг семьи сообщил «Радио Озоди», что родственников принуждали согласиться с этой версией и подписать документы. Это утверждение не было независимо подтверждено, и Генпрокуратура публично на него не реагировала. На данный момент не обнародованы судебно-медицинские заключения, не уточнено, как именно девушка оказалась в воде, и не раскрыты конкретные угрозы или унижения, послужившие основанием для расследования.
Контекст: редкие оправдательные приговоры
Если дело дойдет до суда, оно будет рассматриваться в системе, где оправдательные приговоры крайне редки. За первую половину 2026 года в Таджикистане зафиксирован всего один оправдательный приговор, а в 2024 и 2025 годах их не было вовсе. Как сообщалось в «Times of Central Asia» в феврале, оправдательные приговоры составляют менее 1% от всех уголовных дел за последние годы. Власти пока не раскрыли, признал ли Саидзода свою вину.
Дереккөз: Times of Central Asia
Фото: Mehrona Noibova, whose body was found near the Pyanj River in April / Times of Central Asia