Сокращение добычи газа в Узбекистане
Узбекистан сталкивается с растущим энергетическим разрывом. Добыча природного газа достигла пика в 2008 году и после частичного восстановления в конце 2010-х резко упала. По официальным данным, объем добычи снизился с 61,6 млрд кубометров в 2018 году до 41,5 млрд в 2024-м. В первом квартале 2026 года добыча упала еще на 15% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Рост импорта и энергетическая зависимость
Дефицит уже восполняется за счет зарубежных поставок. Поставки российского газа в 2025 году выросли на 15% — до почти 6,5 млрд кубометров, также Узбекистан импортирует газ из Туркменистана. Возобновляемая электроэнергия не может заменить газ во всех сферах, но она способна сократить его сжигание на электростанциях, высвобождая больше топлива для других нужд.
Снижение добычи уже меняет внешнеэкономические позиции страны. Когда-то Узбекистан был нетто-экспортером газа, но в 2023 году стал нетто-импортером. Импорт помогает защитить домохозяйства и промышленность от дефицита, но увеличивает расходы и усиливает зависимость от российских и туркменских поставок. Поэтому развитие возобновляемой энергетики служит целям энергетической безопасности еще до учета климатических выгод.
Роль возобновляемой энергетики
Правительство Узбекистана активно развивает возобновляемые источники энергии. В 2025 году солнечные и ветровые электростанции произвели более 10,5 млрд кВт·ч электроэнергии, а с учетом гидроэнергетики — 16,8 млрд кВт·ч. По данным Министерства энергетики, это позволило сэкономить около 3,2 млрд кубометров природного газа.
Эта экономия эквивалентна примерно половине объема газа, поставленного Россией за год. Она показывает, что возобновляемая энергетика уже смягчает дефицит. Однако 3,2 млрд кубометров значительно меньше падения годовой добычи газа (около 20 млрд кубометров с 2018 года). Таким образом, зеленый переход пока лишь замедляет последствия спада, но не компенсирует его.
Проблемы и перспективы
Развитие возобновляемой энергетики является частью Стратегии перехода к зеленой экономике на 2019–2030 годы. Проекты привлекают иностранные инвестиции и создают возможности для местных поставщиков. В декабре 2025 года президент Шавкат Мирзиёев сообщил, что местные компании поставили оборудование и материалы на 700 миллионов долларов для энергетических проектов.
Однако крупные проекты сильно зависят от решений государства. Прозрачность закупок и распределения земли влияет на распределение контрактов. Расследование RFE/RL выявило проблемы с непрозрачным субподрядом в солнечном секторе Узбекистана. Это подрывает доверие общественности и требует улучшения процедур.
Генерация — лишь часть решения. Солнечная и ветровая энергетика требуют развития сетей и накопителей, а также гибких резервных мощностей. В декабре 2025 года Мирзиёев заявил, что планируемые промышленные и инфраструктурные проекты увеличат спрос на электроэнергию как минимум на 50%. Энергоэффективность также критически важна: субсидируемые тарифы на газ и электроэнергию ослабляют стимулы к экономии, а старение сетей увеличивает потери.
Правительство планирует ввести в строй более 17 ГВт дополнительных мощностей ВИЭ к 2030 году и построить 6 000 км новых линий электропередачи. Эти цели показывают, что Ташкент осознает проблемы с сетями. От того, насколько успешно будут реализованы эти планы, зависит, сколько газа смогут заместить новые электростанции.
Зеленый переход Узбекистана может компенсировать растущую долю падения добычи газа, но пока он движется недостаточно быстро. Экономия газа в 2025 году была значительной, но осталась намного ниже потерь внутренней добычи с 2018 года. Для полного замещения необходимы инвестиции в сети и хранение, а также повышение энергоэффективности и прозрачность закупок. До тех пор импорт будет продолжать заполнять разрыв.
Дереккөз: Times of Central Asia
Фото: Image: TCA / Times of Central Asia