Подготовка к саммиту и закулисные переговоры
В преддверии саммита АТЭС в Шэньчжэне дипломаты Китая, США и России пытаются организовать встречу Си Цзиньпина, Дональда Трампа и Владимира Путина. Как сообщает South China Morning Post, в ходе консультаций Украина и денуклеаризация Корейского полуострова практически исключены из обсуждения. Вместо этого внимание сосредоточено на использовании искусственного интеллекта в системах управления ядерным оружием.
Почему ИИ в ядерной сфере вызывает тревогу
Интерес к гипотетической возможности того, что решение о ядерном ударе когда-нибудь будет принимать алгоритм, объясняется тем, что точка невозврата еще не пройдена. На заседаниях клуба «Валдай» в этом году целые сессии прошли в горячих дебатах об ошибках систем раннего предупреждения, которые ставили человечество в опасное положение. Например, в 1983 году советская система ошибочно сообщила о запуске пяти американских ракет. Дежурный офицер Станислав Петров не поверил автоматике и сообщил о ложной тревоге. Позже выяснилось, что спутники приняли солнечные блики за пуски. Его решение помогло предотвратить возможную катастрофу.
Внедрение ИИ означает, что вместо условного майора Петрова решение будет принимать компьютер, у которого нет ответственности перед человечеством и моральных качеств. Поэтому риски, хорошо описанные в классическом боевике «Терминатор», где «Скайнет» сам начинает ядерную войну, возрастают кратно.
Дипломатические расчеты трех держав
Помимо актуальности темы, за ней скрывается интересная дипломатическая конструкция. Вашингтон давно стремится вовлечь Китай в переговоры о контроле над ядерными вооружениями. Пекин указывает на огромную разницу между своим арсеналом и запасами России и США и не торопится соглашаться на количественные ограничения. Китайская сторона предлагает обсуждать ядерную прозрачность, меры доверия и безопасность новых технологий. Такой подход позволяет участвовать в выработке международных правил, не связывая себе руки в развитии собственных стратегических сил.
У Москвы свои расчеты. Россия заинтересована в полноценном диалоге с Вашингтоном по стратегической безопасности и Украине, а присутствие стратегического партнера в лице Китая и на его территории дает хороший фон для российского лидера. Пекин, в свою очередь, не стремится становиться посредником, ответственным за результат российско-американских переговоров по Украине: предлагать общие принципы мира — одно, а отвечать за конкретные договоренности Москвы и Вашингтона — другое.
Возможная договоренность и интересы Центральной Азии
В итоге три державы с колоссальными военными ресурсами обсуждают возможность согласиться, что окончательное решение о применении ядерного оружия должно оставаться за человеком. Хотя человечество, вероятно, вправе было рассчитывать, что этот принцип уже давно не вызывает споров. Такая договоренность могла бы открыть путь к регулярным трехсторонним консультациям по стратегической безопасности. В условиях растущего соперничества устойчивый канал общения порой ценнее торжественной декларации.
Встреча неизбежно породила разговоры о новой Ялте и разделе сфер влияния. Но сегодня у Китая, России и США нет общего проекта мирового устройства — каждая сторона по-своему представляет правила, на которых оно должно основываться. Для Казахстана и Центральной Азии здесь особый вопрос: регион давно взаимодействует со всеми тремя державами, и любые новые правила безопасности могут затронуть его интересы. Пока сама встреча окончательно не согласована, что тоже симптоматично: державы, претендующие на определение правил мировой безопасности, пока только нащупывают приемлемый формат собственного диалога.
