Казахстан строит «электронное правительство» с 2003 года. За эти годы ведомство, отвечающее за отрасль, реорганизовывали восемь раз, руководители сменяли друг друга, программы утверждались на сотни миллиардов тенге. А результат виден в телефоне у каждого: такси – «Яндекс», карты – 2ГИС, доставка еды – Wolt и Glovo. Опираясь на анализ издания Ulysmedia.kz, разберём этот парадокс.
Сколько средств потрачено
Официальные цифры делятся на несколько волн:
- Программа «Электронное правительство» 2005–2007 годов – 51,9 млрд тенге. Результат – портал eGov.kz, запущенный в 2006 году.
- «Цифровой Казахстан» (2017) – по плану 141 млрд из республиканского бюджета и 169 млрд из квазигосударственного сектора, всего более 300 млрд тенге. По данным Счётного комитета, госорганы заявили о выделении 217 млрд тенге, тогда как фактические затраты с учётом местных бюджетов и собственных средств организаций достигли 371 млрд тенге. Разница – 154 млрд тенге.
- Нацпроект «Технологический рывок за счёт цифровизации, науки и инноваций» (2021–2023) – освоено 556,5 млрд тенге, из них 466,7 млрд – из республиканского бюджета.
- На 2026 год на ИИ и цифровизацию выделено 177,1 млрд тенге, а на 2027 год Минцифры запланировало 938,1 млрд тенге по 11 бюджетным программам. Из них 590,6 млрд – на цифровизацию госуправления, ИКТ-инфраструктуру и кибербезопасность.
То есть за два десятилетия потраченные и запланированные средства превышают триллион тенге. Вопрос не в сумме – а в том, что за ней стоит.
Разрыв между планом и исполнением
Данные Счётного комитета показывают реальное качество исполнения «Цифрового Казахстана»:
- В 2018–2021 годах по программе исполнены мероприятия на 207,5 млрд тенге (республиканский бюджет – 82,4 млрд, местный – 29,8 млрд, частные инвестиции – 90,6 млрд).
- Из 125 запланированных мероприятий выполнены только 88, пять признаны «нецелесообразными», 30 «интегрированы» в другие программы.
Слово «интегрированы» на бюджетном языке чаще всего означает «не завершены». Самый наглядный пример – система e-learning Министерства образования и науки стоимостью 35 млрд тенге. Она так и не была принята в эксплуатацию. Когда в пандемию 2020 года школы перешли на дистанционное обучение, работала не эта система, а иностранный Zoom. Тогда глава государства Касым-Жомарт Токаев открыто признал, что система e-learning вышла из строя.
Ведомство реорганизовали восемь раз
Даже перечислить названия ведомства, управлявшего отраслью, – долго: Агентство по информатизации и связи, Министерство связи и информации, Министерство транспорта и коммуникаций, Агентство по связи и информации, Министерство по инвестициям и развитию, Министерство оборонной и аэрокосмической промышленности, Министерство цифрового развития, оборонной и аэрокосмической промышленности, Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности и, наконец, Министерство искусственного интеллекта и цифрового развития (сентябрь 2025 года).
Руководители тоже менялись часто, но с одной особенностью: одни и те же люди продолжали циркулировать внутри системы.
- Аскар Жумагалиев прошёл путь от заместителя председателя агентства через «Казахтелеком», несколько министерств и «Казатомпром». При нём, в 2019 году, в открытый доступ попали персональные данные 11 миллионов граждан (имена, ИИН, адреса, паспортные данные). В 2020 году после провалов в период пандемии он был освобождён от должности.
- Куанышбек Есекеев в 2010–2024 годах руководил «Казахтелекомом», сейчас – помощник Президента по вопросам цифровизации. Недавно он признал, что государство создало почти 700 информационных систем, которые теперь приходится объединять: «Мы слишком увлеклись информационными системами. Мы на каждый наш процесс пытались создать отдельную информационную систему», – сказал он в интервью. То есть человек, закладывавший основу системы, теперь исправляет ошибки созданной им же системы.
- Багдат Мусин в должности министра критиковал «Казахтелеком» за монополизм и качество связи, а в 2024 году возглавил эту же компанию.
- Жаслан Мадиев руководит министерством с 2024 года, с 2025-го – заместитель Премьер-Министра, министр ИИ.
Опасность такой политики «вращающихся дверей» – утрата ответственности. Человек, утвердивший программу, не отчитывается за её результат, потому что к моменту появления результата сидит уже в другом кресле.
Что цифровизировано на самом деле
В 2024 году оказано 341 миллион государственных услуг, 91% из них – в электронном виде. Сервис цифровых документов использован 292 миллиона раз. Это реальное достижение, и отрицать его нельзя. Однако если вглядеться в структуру:
- 80% обращений в ЦОНы приходятся всего на 10 услуг, самая популярная – замена удостоверения личности.
- Проникновение интернета – около 93% (сопоставимо с Германией), но 95% трафика страны проходит через Россию. С Россией – 17 волоконно-оптических линий, с Китаем – 2, с другими соседями – 5.
- На телеком-рынке доминируют «Казахтелеком» (38% пользователей) и группа VEON (Beeline, TNS-Plus); международный трафик государство монопольно контролирует через KAZ-GOV-IX.
Подводя итог: государство научилось цифровизировать собственный внутренний документооборот. Но конкурентный цифровой рынок, независимая инфраструктура и отечественный продукт – в этих трёх направлениях принципиальных изменений не произошло.
Граждане «проголосовали пальцами»
Ответ рынка очевиден:
- Яндекс.Такси – около 90% рынка такси в крупных городах. С каждой поездки берёт до 20% комиссии. Агентство по защите и развитию конкуренции предлагало ограничить комиссию, но решения нет.
- inDrive – основан в 2013 году в Якутске, зарегистрирован в США. Основатель Арсен Томский получил гражданство Казахстана в декабре 2023 года. В 2022 году министр Мусин отправил специальный чартер для переезда офиса компании.
- 2ГИС – создан в Новосибирске, с 2025 года на 100% принадлежит Сбербанку. Казахстан – второй рынок компании после России (45 городов). Миллионы казахстанцев ежедневно ищут маршруты через приложение, принадлежащее российскому государственному банку.
- Wolt (Финляндия) и Glovo (Испания) – лидеры рынка доставки еды.
Отечественные сервисы – APARU, Tappy Taxi, Sooncar.kz, Qajet Taxi – существуют, но их доля несопоставима.
В чём настоящий парадокс
Государство не обязано само создавать приложения для такси или навигации – это верно. Но средства, потраченные на цифровизацию за 20 лет, ушли в основном на собственные внутренние системы государства (почти 700, большинство из которых не «разговаривают» друг с другом), а среда, в которой растёт частный сектор, – дешёвый и независимый интернет, конкурентный телеком, стартап-экосистема на равных условиях с иностранным капиталом – так и не сформировалась.
Вывод один: успех цифровизации должен измеряться не суммой бюджета, а повседневным выбором граждан. Пока этот выбор делается в пользу иностранных компаний. Изменят ли запланированные на 2027 год 938 млрд тенге этот баланс или превратятся в новые информационные системы, которые «интегрируют» в седьмой раз, – этот вопрос стоит перед Министерством искусственного интеллекта.
