Вашингтон собрал участников коридора на полях ГА ООН
23 сентября в Нью-Йорке, на полях Генеральной Ассамблеи ООН, США провели мероприятие «Процветание через мир: инвестиции в Транскаспийский торговый маршрут и TRIPP». В нем участвовали представители США, Армении, Азербайджана, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана, а также частного сектора. Обсуждались региональная связанность и Транскаспийский инвестиционный фонд — некоммерческая структура на 201 млн долларов, созданная при поддержке США для привлечения частных инвестиций в восемь стран Южного Кавказа и Центральной Азии. Госсекретарь США Марко Рубио объявил о фонде в августе; юридически он отделен от самого маршрута TRIPP (Trump Route for International Peace and Prosperity).
Парадокс коридора: спрос растет, интеграции нет
Мероприятие выявило центральный парадокс Среднего коридора. Долгое время его представляли как альтернативу маршрутам через Россию, но теперь он стал площадкой, где Вашингтон, Москва, Пекин, Анкара, Тегеран и Брюссель преследуют разные цели. Та же геополитическая раздробленность, которая повысила спрос на обходные пути, мешает национальным и международным инициативам слиться в единую рамку. Коммерческая активность при этом остается высокой: за первые семь месяцев 2026 года Азербайджан сообщил о более 9,1 млн тонн транзитных грузов на восточно-западном и северо-южном направлениях, причем объемы по оси восток — запад выросли на 16,5%. Однако рост объема не равен интеграции.
Диверсификация как смена зависимости
Наиболее наглядно это различие проявляется в подходах государств к диверсификации, которая нередко заменяет одну зависимость другой. В Центральной Азии география и переговорная сила стран сильно различаются.
- Казахстан обеспечивает сухопутный мост и ключевые каспийские порты, но президент Касым-Жомарт Токаев на саммите 8 октября в Авазе подчеркнул, что северо-южный маршрут через Россию остается «особенно актуальным».
- Узбекистан направил 83% своих грузов по Среднему коридору через туркменский порт Туркменбаши.
- Кыргызстан участвует в железной дороге Китай — Кыргызстан — Узбекистан, контрольный пакет которой принадлежит КНР; это дает маршрут в обход Казахстана ценой более глубокой зависимости от китайских инвестиций.
Независимо от того, отправляются ли грузы из казахстанских портов или из Туркменбаши, им необходимо пересечь Каспий, чтобы достичь Азербайджана. Так транспортные стратегии Центральной Азии оказываются связаны с транзитными путями, формирующимися на Южном Кавказе.
Южный Кавказ: тот же выбор между свободой и зависимостью
Государства Южного Кавказа сталкиваются с аналогичным компромиссом. Азербайджан, чьи порты закрепляют западный берег Каспия, балансирует между союзом с Турцией и нормализованными отношениями с Россией, во многом основанными на северо-южной торговле через азербайджанскую территорию. Грузия, западный выход коридора к Черному морю, превратила планируемый глубоководный порт Анаклия в тест геополитической ориентации: после того как консорциум во главе с КНР не упомянули в объявлении от 6 июля, правительство предложило модель государственной собственности, при которой порт принадлежит государству, а управляют им частные компании, но без подтвержденного партнера и названных западных участников. Маневренность Армении ограничена железной дорогой, которой с 2008 года управляет дочерняя структура «Российских железных дорог» и которая, по словам премьер-министра Никола Пашиняна, отпугивает западных пользователей, а также зависимостью от иранской территории для до четверти внешней торговли.
Форматы сотрудничества без общей институции
Региональные форматы показывают, что конкуренция за контроль влияет на координацию сильнее, чем общий интерес к эффективности. В 2024 году Азербайджан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан создали Международную ассоциацию «Евразийский транспортный маршрут» (ETRIA) — бакинскую структуру для согласования тарифов и цифровых инструментов на южной ветке коридора. В феврале Азербайджан, Туркменистан, Узбекистан и Грузия подписали в Ашхабаде отдельный протокол о наращивании грузоперевозок и цифровизации процессов. Ни один из этих форматов не объединяет все восемь государств коридора в общий орган принятия решений. Транскаспийский инвестиционный фонд охватывает все восемь стран, но остается американским инвестиционным инструментом, а не региональной институцией. Без регионального органа, задающего приоритеты между портами и маршрутами, диверсификация расширяет меню вариантов, но не укрепляет стратегическую автономию, оставляя выбор внешним силам с их собственными интересами.
Внешние игроки углубляют фрагментацию
Внешние державы конкурируют не столько за грузы, сколько за контроль над узлами, через которые они проходят, и над правилами, которые их регулируют. Наиболее явно это проявляется у Вашингтона: через планируемую 74-процентную контрольную долю в TRIPP Development Company он стремится закрепиться на западном отрезке коридора. Пекин, напротив, не вступает в эту борьбу напрямую, а строит вокруг нее: 51-процентная доля в совместном предприятии по развитию железной дороги Китай — Кыргызстан — Узбекистан открывает южный маршрут в обход Казахстана. В результате даже TRIPP добавляет лишь еще один вариант, не устраняя существующие зависимости.
Дереккөз: Jamestown Foundation
Фото: Economics & Energy (Source: Trend News Agency) / Jamestown Foundation
